Главный лидер российской оппозиции по-прежнему считает, что может изменить Россию

МОСКВА — Когда месяц назад суд отправил в тюрьму российского оппозиционного лидера Алексея Навального, срок оказался ровно таким, чтобы он пропустил протестный марш, который сам же рекламировал в московском метро, и все выглядело так, будто Кремль взялся за старые приемы. После массовых протестов против Владимира Путина в 2011–2012 годах, за которыми последовало ужесточение давления на критиков, а война в Украине взвинтила его рейтинги до небес, казалось, что в полноценном преследовании оппозиционных лидеров уже почти нет нужды. Марш Навального, похоже, был обречен провалиться; еще один из главных организаторов, бывший вице-премьер Борис Немцов, вместе с ним раздавал листовки. К тому моменту, когда две недели спустя Навальный вышел из заключения, Немцов уже был застрелен прямо у стен Кремля, и запланированная демонстрация превратилась в траурное шествие. Сегодня российская оппозиция выглядит еще дальше от возможности сместить Путина, чем когда-либо: она сводится к обвинениям в том, что именно он приказал убить Немцова, прекрасно понимая при этом собственное бессилие что-либо с этим сделать. «Очевидно, что единственный план Кремля в отношении нас — это уничтожение», — сказал Навальный в интервью BuzzFeed News в четверг в своем московском офисе. «Настроение стало хуже. В этом и была цель. Запугать нас и посеять еще больше страха». Харизматичный 37-летний юрист, ставший звездой благодаря разоблачениям чудовищной коррупции в своем блоге, а затем возглавивший протесты три года назад, Навальный пытается сместить Путина в момент, когда у россиян меньше желания этого, чем когда-либо за 15 лет правления популярного президента. Инакомыслящие голоса вроде Навального и Немцова регулярно подвергаются нападкам на государственном телевидении и вытесняются на периферию везде, где только можно. Состоятельный городской средний класс, протестовавший против возвращения Путина, в основном предпочел унылую апатию или эмиграцию на Запад дальнейшей уличной политике. Гибель Немцова, говорит Навальный, делает задачу создания сильного оппозиционного движения труднее, чем когда-либо. «Мы не понимали, насколько он важен, пока не потеряли его», — сказал Навальный. «Он был по-настоящему уникальным человеком — он был частью истеблишмента, но вел себя как активист. Никто особенно не ценит, когда обычный политический активист раздает листовки и пишет доклады, но когда это делает человек, который был так близок к президентской власти, это имеет куда больший вес». Для Навального внезапная смерть Немцова и подозрения, окружающие расследование, означают переломный момент в усилиях Путина удержать власть. Раньше такие фигуры, как Немцов, — выступавшие против власти, но сохранявшие связи с российской элитой, — считались неприкасаемыми. Немцов, бывший вице-премьер, в 1990-е годы считался фаворитом в борьбе за то, чтобы стать преемником Бориса Ельцина на посту президента России, и даже выделил Путину государственную квартиру, когда тот переехал в Москву руководить спецслужбами. За два дня до смерти Немцов навестил Навального в тюрьме, где они обсуждали, как его положение «в системе» позволяло ему обходиться без охраны и даже не особенно беспокоиться о преследовании со стороны государства. Война в Украине принесла Путину заоблачную популярность внутри страны, но затем же помогла спровоцировать крупнейший экономический кризис в России за многие годы. «Главным рычагом контроля Путина никогда не было запугивание, он просто покупал людей», — сказал Навальный BuzzFeed News. «Возможностей покупать людей стало меньше, и он компенсирует это запугиванием». Однако новый жесткий политический климат в России пока не привел к расколу внутри правящей элиты, к которому Навальный давно призывает. Напротив, российский истеблишмент сплотился вокруг человека, который, по словам Навального, хочет быть «императором пожизненно и единственным лицом российской власти». Часть вины он возлагает на, как он считает, ошибочную санкционную политику Запада. Лидеры США и ЕС сосредоточились на широких мерах против российской экономики и персональных санкциях против участников войны в Украине. Вместо этого, говорит Навальный, самой эффективной мерой стал бы массовый черный список всей российской политической элиты. По словам американских чиновников, несколько олигархов и руководителей государственных СМИ просили западные правительства не включать их в санкционные списки. Навальный хочет, чтобы их наказывали коллективно — до тех пор, пока они не свергнут Путина в результате дворцового переворота. «Базовый компромисс, который Путин заключил с элитой, был нарушен: они могли богатеть сколько угодно в обмен на то, что позволяли ему забрать всю власть», — сказал он. «Поскольку им не нравится то, что он делает в Украине, и то, что происходит с санкциями, они начинают шептаться между собой: „Путин совсем рехнулся, какой идиот“. Это опаснее любой оппозиции». В то же время надежда Навального на путч, вдохновленный болезненными последствиями западных санкций, сама по себе является молчаливым признанием того, что оппозиция по сути бессильна. Путин настолько доминирует в российической политической сфере, что в ней фактически не остается места вообще ни для каких других фигур, не говоря уже об альтернативе. Недавний опрос независимого социологического центра «Левада» показал, что уровень поддержки Навального составляет всего 1%. Впрочем, это поставило его на один уровень с министром обороны Сергеем Шойгу — которого в те редкие моменты, когда эта тема вообще возникает, считают возможным преемником Путина, — и даже выше премьер-министра Дмитрия Медведева, который четыре года до 2012-го «согревал» президентское кресло для Путина. Пока что Навальный вынужден довольствоваться той тактикой, которая в тот год сделала его главным претендентом на роль соперника власти, но оказалась бессильной против реваншистски настроенного Кремля. Находить деньги становится все труднее. Все крупные доноры его Фонда борьбы с коррупцией отказались от поддержки под давлением властей; Владимир Ашурков, его правая рука и сборщик средств, бежал в Лондон, добиваясь политического убежища после того, как власти начали против него расследование. Ужесточение контроля над интернетом в России тоже сильно затруднило ему доступ к аудитории: его блог власти регулярно блокируют, а несколько независимых изданий, которые освещали его антикоррупционные расследования, теперь находятся под прокремлевским управлением. Точно так же мешает и отказ властей допустить его политическую организацию, Партию прогресса, к выдвижению кандидатов на выборах. Навальный настаивает, что попытки побеждать честным путем в конечном счете помогут настроить россиян против правительства Путина. «Люди гораздо лучше понимают, что происходит, когда им объясняешь, что между ростом цен на молоко и войной в Украине есть прямая связь», — сказал он. Но он не питает иллюзий относительно тех трудностей, с которыми сталкивается. «Если раньше мы требовали честных выборов, то теперь мы просто требуем, чтобы выборы вообще были», — сказал он. «Наша политика сведена к самой примитивной форме из возможных. Что мы можем делать, кроме протестов и раздачи листовок?»