Алексей Навальный, харизматичный лидер российской оппозиции, всегда был в чём-то похож на голливудского героя, и он любит иллюстрировать свои выступления отсылками к популярным фильмам. Размышляя о пути, который он проделал из Сибири, где его отравили «Новичком» — нервно-паралитическим веществом, — в берлинскую больницу, где он очнулся после трёхнедельной комы, он осознаёт, насколько кинематографичен сюжет этой истории: народный герой бросает вызов злому диктатору, который пытается убить его загадочным ядом. Но верные друзья и преданная жена возвращают его к жизни. «Начинается как политический триллер, а потом превращается в романтическую комедию», — говорит он The Economist в интервью в Берлине. Однако шрамы на шее от интубации, измождённый вид, дрожь в руках и бессонница слишком реальны для голливудского фильма. И самые большие перемены менее заметны. «Парадоксальным образом я стал человечнее, может быть, даже сентиментальнее», — говорит он. Просматривая недавние спутниковые кадры ударов военных беспилотников по целям в азербайджано-армянском конфликте, он поймал себя на мысли: «Подождите секунду, эта чёрная точка — человек, который, вероятно, только что лишился ног и теперь смотрит в небо... Политику полезно заглянуть в лицо смерти», — говорит он. Господин Навальный (на фото выше, для Der Spiegel), который едва не умер 20 августа на борту рейса из Сибири в Москву, определённо это сделал. Усиленное полицейское присутствие у дома в Берлине, где он восстанавливается, подтверждает: ему по-прежнему угрожает опасность со стороны человека, которого многие считают тем, кто приказал или санкционировал его отравление. Господин Навальный называет его имя громко и ясно: Владимир Путин, президент России. Начнём с оружия. Германия идентифицировала токсин как новую версию «Новичка» — класса боевых нервно-паралитических веществ. «Чёрного рынка “Новичка” не существует, — говорит господин Навальный. — А тот факт, что это новая разновидность, означает, что в России действует активная программа по запрещённому химическому оружию, доступ к которой могли получить только спецслужбы с одобрения Путина». Отказ Кремля расследовать отравление и его готовность разрушить отношения с Германией и ЕС, чтобы это скрыть, подтверждают причастность господина Путина, утверждает он. Об этом же, по его словам, говорит и объяснение Путина в разговоре с президентом Франции Эмманюэлем Макроном: будто бы Навальный отравил себя сам, чтобы дискредитировать Кремль. Это заявление было настолько оскорбительно абсурдным, что Макрон передал его СМИ. «Это показывает, что Путин не может переложить за это ответственность», — считает господин Навальный. Его отравление знаменует превращение российского режима «вроде того момента в “Чужом”, когда скорлупа яйца трескается и наружу выскакивает чудовище... красных линий больше нет», — говорит он. Загадочная смерть от невидимого яда должна была посеять ужас и внутри страны, и за её пределами. «Путин явно упивается этим представлением о собственной мистической и смертоносной силе». То, что господин Навальный выжил — во многом благодаря пилотам, совершившим экстренную посадку в Омске, — не меняет этого послания. Господин Навальный также ясно говорит о мотивах, которые, по его словам, связаны с его выходом за пределы Москвы — в регионы, оплот власти режима. Когда его отравили, он находился в Сибири, мобилизуя избирателей против правящей партии Путина «Единая Россия». Кремль, давно утративший поддержку среднего класса Москвы и Санкт-Петербурга, терпел активность Навального в этих городах. Но продвижение вглубь страны означало опасность. «Режим держится на представлении о своей прочной поддержке среди “соли земли” — простых людей в регионах. Нашей главной задачей было разрушить этот миф», — говорит господин Навальный. Для этого он создал разветвлённую региональную сеть. Он также организовал «умное голосование»: направляя тех, кто устал от режима, к наиболее перспективной альтернативной партии, чтобы консолидировать протестные голоса и лишить «Единую Россию» большинства. «Какой бы контроль Кремль ни имел над судами и силовыми структурами, его партия — самый базовый инструмент его власти», — отмечает он. За последние два года Кремль пытался, но не смог уничтожить сеть господина Навального обычными средствами, включая преследование, аресты активистов по сфабрикованным обвинениям и замораживание банковских счетов. Но когда почти одновременно вспыхнули массовые протесты в дальневосточном Хабаровске и в Беларуси на западном фланге бывшей советской империи, восприятие угрозы у путинских силовиков изменилось — и вместе с ним изменилась их тактика. «Они не могли сказать Путину, что протест в Хабаровске был результатом широкого недовольства, вызванного арестом популярного губернатора, — говорит господин Навальный. — Но они могли и, вероятно, сказали ему, что это часть западного плана, реализуемого через Навального, и что дальше будет больше». Поэтому, полагает он, было запрошено и получено разрешение на «специальные меры». Однако если они надеялись нейтрализовать господина Навального, то добились противоположного. Он получил моральное преимущество и сочувствие даже среди тех, кто раньше его не поддерживал. Визит в больницу канцлера Германии Ангелы Меркель значительно укрепил его международный статус. Кремль, похоже, отчаянно пытается не допустить его возвращения, заявляя о его связях с ЦРУ и угрожая обвинениями в государственной измене. Господин Навальный полон решимости вернуться в Россию, ставя под сомнение легитимность господина Путина. «При всей их огромной власти и контроле над всем они знают, что против них движется широкий исторический процесс», — говорит он. Господин Навальный понимает риски, но он выбрал для себя главную роль в этой драме — независимо от того, закончится ли она трагедией или голливудским триумфом. После сдачи этой статьи в печать, 15 октября, ЕС утвердил санкции, включая запрет на поездки и замораживание активов, против шести россиян, которых он считает связанными с покушением на убийство господина Навального. Среди этих шести — глава спецслужбы (ФСБ) и два близких кремлёвских помощника президента Владимира Путина.
Loading PDF...
1
/
0
Места