Финальная битва между добром и нейтралитетом

#20 Давайте разберем, как Кремль морочит нам голову насчет борьбы с коррупцией и 20-й статьи

Наша кампания за ратификацию 20-й статьи Конвенции ООН против коррупции пока идёт по плану.

Хорошая новость в том, что мы всё ещё на этапе сбора подписей за законопроект на РОИ, а кремлешушера начала проявлять явные признаки беспокойства.

Как мы видим, задействованы уже основные механизмы «контрработы» типа СК.

Но, что ещё более важно, они стали задействовать медийно-идеологические механизмы, то есть вести (пока ещё не с нами, а вообще в пространство) спор на тему необходимости криминализации "незаконного обогащения".

В самом массовом прокремлёвском таблоиде — «Комсомольской правде» — появилась пространная «юридическая» статья о том, что ничего ратифицировать не надо. Пошли всякие публикации у платных блогеров, а самое главное, мы увидели расчехление довольно крупной рыбы.

2 октября аж заместитель начальника Управления Президента РФ по вопросам противодействия коррупции В.И. Михайлов выступил в «Высшей школе государственного управления» с публичной лекцией на тему «Дураки все те, кто поддерживает ратификацию 20-й статьи».

Тезисы этой лекции можно посмотреть здесь. Впечатления студента с лекции тоже почитайте.

В принципе, надо признать, что сделана она довольно толково и достигает своей цели: применить академический формат для того, чтобы навесить лапши на уши людям, которые слабо ориентируются в предмете.

Так как в лекции были собраны все аргументы, приводимые противниками ратификации 20-й статьи, нам показалось важным написать для всех текст-разъяснение, который помог бы каждому из нас убедительно подтверждать свою правоту и несостоятельность «доказательств» Кремля, страшащегося криминализации «незаконного обогащения».

Итак, разбираем кремлёвское враньё (передёргивание) по пунктам:

«При условии соблюдения своей конституции и основополагающих принципов своей правовой системы каждое Государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно совершается умышленно, незаконное обогащение, то есть значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать».
Текст 20-й статьи Конвенции ООН против коррупции.

Аргумент 1. Статья 20 появилась из-за настойчивой позиции делегации одной из стран Южной Америки (в лекции Михайлов говорит о Перу), которая преследовала сугубо политические цели. Это была единственная возможность посадить бывшего президента Фухимори. Другие страны не хотели принимать эту статью, так как она нарушает презумпцию невиновности и не самим деянием, а его результатом. В итоге статья была принята в «мягкой форме» — она не обязывает криминализировать незаконное обогащение, а лишь предлагает странам рассмотреть такую возможность.

Ответ. Незаконное обогащение как преступление не было придумано перед конвенцией ООН какой-либо одной страной. В Аргентине еще в 1964 году был принят закон, по которому преступлением считалось «обладание ресурсами, происхождение которых должностное лицо не может объяснить». Отсылка к Перу и свергнутому правителю этой страны Альберто Фухимори, из-за которого государство якобы лоббировала 20 статью, — несостоятельна. Как одна страна, тем более Перу, может пролоббировать принятие статьи всем составом ООН? Также стоит обратить внимание, что Фухимори был осужден также за создание «эскадронов смерти» (на 25 лет), взятку главе национальной разведывательной службы, незаконное прослушивание разговоров, подкуп журналистов на бюджетные деньги и злоупотребление полномочиями.

20-я статья ООН действительно не обязывает государства внести незаконное обогащение в свой уголовный кодекс. Создания международных конвенций — сложный переговорный процесс. Особенно это касается конвенций такого масштаба. Мы знаем, что существует особый дипломатический язык, со своими оборотами, выражениями и формулировками. Это разумный подход.
Криминализация незаконного обогащения — это в какой-то степени вынужденная мера для активизации борьбы с коррупцией. Именно поэтому оно в различных формах применялось в коррумпированных странах — Аргентина, Гонконг и Сингапур (в 70-х были крайне коррумпированными государствами), Китай, Колумбия и многие другие. В развитых странах с низким уровнем коррупции, таких как Финляндия или Швеция, в этом просто нет необходимости — культура соблюдения закона позволяет обходится другими способами (обязательное декларирование, свободная пресса, развитая демократия и сменяемость власти, независимость правоохранительных органов, их четкая и своевременная работа и так далее). Россия находится на 127 месте по уровню коррупции и гораздо ближе к Аргентине и Гонконгу 70-х, чем к Финляндии. Нам нужно принять эту статью не потому, что это обязывает нас сделать конвенция ООН. Она нужна нам самим, как эффективный метод борьбы с коррупцией.

Сингапур - одна из самых коррумпированных стран в 70-х - сейчас победила коррупцию

Аргумент 2. При рассмотрении международных законов нужно учитывать «разность культур» между странами и обществами. Привнесенные извне положения могут стать нормой для большинства членов общества, разделяться ими и поддерживаться лишь при приложении существенных усилий со стороны национальной элиты в виде следования этим нормам и разъяснительной работы. Для формирования в обществе определенного отношения к новым моделям поведения необходимо время.

Ответ. «Разность культур» не может быть оправданием того, что чиновники воруют. С «укладом», который оправдывает воровство, надо бороться, а не поощрять его. Россия заслуживает того, чтобы быть честной и современной страной, а не жить в полуфеодальном мире, где согласно укладу чиновники должны воровать.

С цитатой из Михайлова «привнесенные извне положения могут стать нормой для большинства членов общества, разделяться ими и поддерживаться лишь при приложении существенных усилий со стороны национальной элиты в виде следования этим нормам и разъяснительной работы» — хочется полностью согласиться. Именно чиновники, депутаты и топменеджеры госкомпаний должны стать эталоном открытости и готовности рассказать о происхождении своих средств. Если граждане России увидят, что у них честные чиновники — то коррупция снизится повсеместно. А вот если они видят, что депутат при официальной зарплате в 2 млн руб живет в доме ценой в 100 млн руб и при этом говорит, что на него заработала тёща, то все понимают, что врать и воровать можно. Для борьбы с такой ситуацией и нужен закон об уголовном наказании за незаконное обогащение.

Аргумент 3. Россия ратифицировала конвенцию ООН без каких-либо изъятий или оговорок. Поэтому все разговоры о необходимости ратификации 20-й статьи беспочвенны. В заявлении по итогам принятия документа исключена 20-я статья, но это обусловлено сугубо техническими причинами.

Ответ. В России приняли закон о ратификации Конвенции ООН, в нем перечислены статьи, в отношении которых у нашей страны есть юрисдикция. Двадцатой статьи там нет. То есть Россия исключила 20 статью из дальнейшего применения, хотя и ратифицировала конвенцию. В этой ситуации требования принять 20-ю статью не беспочвенны, а обоснованны — сейчас Россия ее не применяет. Федеральный закон — это не технический документ, именно он определяет статьи, которые наша страна будет исполнять, и 20-й статьи там нет. Мы считаем, что надо принять эту статью к реализации, включить ее в федеральный закон и согласно ей внести в уголовный кодекс наказание за незаконное обогащение.

Аргументы 4 — 5. Статья 20 Конвенции ООН не обязывает страну ввести в уголовный кодекс наказание за незаконное обогащение, а лишь призывает рассмотреть такую возможность. В России такую возможность рассмотрели и пришли к выводу, что она противоречит ст. 49 Конституции РФ о презумпции невиновности.

Ответ. Конвенция ООН не содержит строгой законодательной формулировки. Каждая страна вводит наказание за незаконное обогащение исходя из условий в стране и остального законодательства. Именно поэтому мы предлагаем закон о незаконном обогащении, который не противоречит конституции. Преступлением считается значительное превышение стоимости активов чиновников над законными (т.е. внесенными в декларации) доходами. Следствие анализирует рыночную цену собственности, реальный порядок ее приобретения, предвыборные декларации. В итоге бремя поиска доказательств лежит на следствии. Презумпция невиновности не нарушается.

Чтобы окончательно закрыть тему с крайне популярным аргументом «20-я статья противоречит Конституции» я привожу цитату из интервью одного сторонника ратификации 20-й статьи:

Как вы думаете, чьи это слова? Какого-то злостного оппозиционера, презирающего конституцию? Нет, это председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин, известный фанат крепостного права и автор миллиона совершенно реакционных статей. То есть вот уж кто не оппозиционер ни разу. Поэтому, если Кремль хочет поспорить о конституционности 20-й статьи, то пусть с Зорькиным спорит, а мы с ним согласны по этому вопросу.

Аргумент 6. Уголовное законодательство России вообще не может обеспечить реализацию 20-й статьи, так как по ней преступлением признается какое-то итоговое положение, а не конкретное деяние. А по российским законам преступным должно признаваться какое-то конкретное действие.

Ответ. Это не совсем верная интерпретация. По 20-й статье преступным деянием является отсутствие объяснений происхождение активов, а не само их наличие. По нашему закону преступлением должно стать значительное превышение стоимости активов над указанными в декларации доходами. Т.е. здесь преступное действие тоже налицо — человек не указал в декларации доходы, достаточные для объяснения происхождения активов, и при этом пользовался или владел этими активами.

Аргумент 7. В России уже установлена уголовная ответственность за различные виды незаконного обогащения, в частности, в гл. 21 «Преступления против собственности» и гл. 30 «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» . Также для цели наказания за незаконное обогащение следует использовать ст. 169 ГК РФ, которая позволяет признать ничтожной сделку, если она совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Ответ. Здесь происходит манипуляция понятиями. В 20-й статье и нашем законе под незаконным обогащением понимается конкретное явление, а именно превышение стоимости активов над доходами должностного лица. Автор же толкует это понятие на бытовом уровне и предлагает признать незаконным обогащением, например, кражу. Конечно, деньги, полученные в результате кражи, — незаконны, а человек становится богаче. Но такое толкование — заведомая манипуляция, понятие незаконного обогащения, которое предлагается криминализировать, точно определено и кражей не является.

Ст.169 ГК позволяет признать ничтожной сделку, если она противоречит основам правопорядка и нравственности. Например, такой сделкой можно признать дарение доли в квартире большому количеству лиц с целью потом осуществить какую-либо мошенническую схему. Как это поможет с незаконным обогащением — непонятно. Ведь в этом случае вам все равно надо доказать основное преступление — мошенничество.
Смысл введения в УК незаконного обогащения именно в том, что нам не надо доказывать исходное преступление (взятка, хищение), мы ловим взяточника на его необъяснимых активах.

Аргумент 8. Задачу наказания за незаконное обогащение также решают установленные законом штрафы за коррупционные преступления.

Здесь снова происходит подмена понятий — под незаконным обогащением понимается не описанные в 20-й статье Конвенции ООН и нашем законе явление, а любое приобретение средств с нарушением закона, например, взятку. Взятки могут наказываться кратным штрафом, это направлено на борьбу с взятками. К наказанию за незаконное обогащение, как это описано в 20 статье и в нашем законе, это не имеет прямого отношения.
Ну и, кроме того, как мы видим на практике, все медведевские «антикоррупционные» нормы типа штрафов борьбе с коррупцией не помогли.

Аргумент 9. Многие страны ратифицировали Конвенцию ООН без оговорок, но при этом не внесли в свой уголовный кодекс. В других странах наказание за незаконное обогащение реализуется через гражданский кодекс и закон о госслужбе.

Ответ. Здесь автор приводит в пример европейские страны, в частности, Финляндию, Данию, Норвегию и Швецию. Однако достаточно посмотреть на рейтинг восприятия коррупции, чтобы понять, почему эти страны не спешат вводит незаконное обогащение в уголовный кодекс:

В Дании самый низкий уровень коррупции в мире

1 место — Дания и Новая Зеландия

3 место — Финляндия

4 место — Швеция

5 место — Норвегия

Они входят в первую пятерку рейтинга, в них — самый низкий уровень коррупции в мире. Им просто нет необходимости вводить в уголовный кодекс такую статью как незаконное обогащение, которая является во многом специальным и чрезвычайным способом борьбы с коррупцией. В России ситуация обратная. Мы на 127 месте, рядом Эфиопией и Мозамбиком. Введение в уголовный кодекс наказания незаконное обогащение вместе с другими жесткими методами по контролю над чиновниками позволит нам покинуть это позорное место.

Все другие страны, приведенные в качестве примера, также значительно лучше нас по уровню коррупции: Бельгия — 15 место, США — 19 место, Франция — 22 место, Португалия — 33 место. При этом автор пишет, что в Бельгии есть наказание за расхождение между стоимостью активов и доходами в декларации. Других примеров, где эта статья принята, автор не рассматривает. Например, он не говорит, что благодаря жестким мерам по отношению к чиновникам успеха в борьбе с коррупцией достиг Гонконг, а в законодательстве Литвы есть ответственность за незаконное обогащение (ст.189-1), причем распространяется оно не только на чиновников.

Аргумент 10. В России идея наказания за незаконное обогащение реализуется благодаря закону о противодействии коррупции. Он позволяет увольнять чиновников в связи с утратой доверия за недостоверные декларации, конфликт интересов, осуществление предпринимательской деятельности.

Ответ. Такой закон действительно существует, однако, он не наказывает за незаконное обогащение. Он регламентирует порядок подачи деклараций. По закону чиновнику ничего не мешает владеть домом за 100 млн руб при официальном доходе в 1 млн. руб. Во-вторых, даже за ошибки в декларации устанавливается очень слабое наказание (увольнение, причем без запрета на дальнейшую госслужбу), это не стимулирует чиновников избегать этого наказания. В-третьих, проверять декларации и конфликт интересов должны сами госорганы, а они часто в этом вообще не заинтересованы. Эти меры не обеспечивают полноценного наказания за незаконное обогащение. Например, депутат заявляет, что арендует землю за 30 тыс руб, что в сотни раз ниже рыночной цены, и комиссия госдумы ему верит. А оснований даже для доследственной проверки нет, ведь незаконное обогащение в России в настоящий момент не криминализировано.

«Простой шахтер» из Единой России может строить дворец, потому что никто не спрашивает откуда у него деньги.

Введение уголовного наказания за незаконное обогащение позволит увеличить ответственность, а значит, чиновники будут бояться жить не по средствам. Кроме того, проверкой будут заниматься правоохранительные органы, что позволит избежать ситуации, когда, например, в отношении депутата есть серьёзные обвинения, но решение принимает комиссия Госдумы, где большинство у его же коллег по фракции.

Аргумент 11. С незаконным обогащением чиновников борется закон, обязывающий предоставлять сведения о расходах, если сделка по покупке собственности превышает сумму дохода за три года.

Ответ. Такой закон действительно существует, но он не устанавливает уголовной ответственности за незаконное обогащение. Если сумма покупки чиновника будет выше его доходов, его уволят, а данные об этом передадут в прокуратуру. При этом прокуратура должна начать расследование о том, как именно чиновник нажил эти средства. Никакой дополнительной статьи не вводится.

Кроме того, по этому закону декларации анализируют органы проверки, где работает чиновник, а не правоохранительные органы. При этом часто они не заинтересованы в этом. Например, комиссия госдумы может оправдать депутата просто потому что он их товарищ по партии.

Данные о расходах скрыты от общества в отличии от деклараций. При принятии нашего закона об уголовной ответственности за незаконное обогащении граждане, общественные организации и СМИ могут сравнить стоимость особняка чиновника с его задекларированными доходами и на основании этого требовать уголовного преследования. Сейчас о расходах чиновников данные не публикуются и даже не предоставляются по запросу. Работа СМИ и общества сильно затруднена, что снижает вероятность наказания. Кроме того, такая скрытность позволяет чиновникам занижать сумму сделки, а органы проверки не могут или не хотят подвергать эти данные подробной проверке.

Т.е. этот закон в принципе содержит некое движение в пользу большего контроля за активами чиновников, но на самом деле ни к чему не приводит. Введение уголовной ответственности за незаконное обогащение позволит гораздо эффективнее осуществлять контроль за активами чиновников, подключить к этому общество и СМИ, увеличит вероятность привлечения чиновников к ответственности. В итоге, это позволит, наконец, заняться реальной борьбой с коррупцией.

Вот. Я надеюсь, что этот небольшой ликбез укрепит аргументацию любого сторонника кампании Двадцать и поможет вести разъяснительную работу.

Я напоминаю о том, что нам очень важно как можно скорее собрать 100 тысяч подписей на РОИ. Пока их 41 тысяча. Давайте активизироваться. Если уже проголосовали - сагитируйте пару человек.

Обратите внимание, на страницу с которой можно взять баннеры для размещения у себя на сайте или в блоге.

Под лежачий камень вода не течёт. Власть будет реагировать только под давлением общества. Давайте выталкивать жуликов из зоны комфорта.

Поддержать ФБК
Подпишись на рассылку
чтобы получать короткий обзор лучших постов недели
Уведомления