Финальная битва между добром и нейтралитетом

Вчера потерял сторонника

Утром в штаб пришло письмо: человек отозвал свою подпись в поддержку моего выдвижения, в связи с моим заявлением в эфире «Эха» о том, что Путину и его семье должна быть предоставлена неприкосновенность в случае, если он всё-таки откажется от мысли о пожизненном удержании власти.

Пример того, как сложно в нашем поляризованном обществе вести кампанию, которая могла бы объединить всех, кто выступает за смену власти.

Казалось бы, такие антипутински настроенные люди — ключевой и ядерный электорат, ничего я не могу сделать или сказать такого, чтобы потерять его. Однако вот — подпись отозвана.

Из непростых элементов и непростых разговоров складывается общая платформа.

Зато хорошая новость в том, что такая дискуссия идёт. Идёт возвращение политики в нашу жизнь. Обсуждаются кандидаты, обсуждаются программы. Кого выбирать, за кого голосовать. За кого подписаться, а кому денег переслать. Я очень рад, что моё выдвижение запустило этот процесс.

Сегодня ещё напишу обращение ко всем критикам, а пока посмотрите и почитайте два программных интервью: Эху Москвы:

Расшифровка здесь.

И Медузе: «Я хочу установить новые стандарты политики вообще» Интервью Алексея Навального о том, зачем он идет в президенты.

— А как вы собираетесь с этим бороться? Понятно, что это системная вещь. Не посадите же вы миллионы людей в тюрьму.

— Не надо сажать миллионы людей. Человек привыкает ко всему. Люди будут работать в любой системе. Нужно, чтобы верхушка власти на самом деле работала по тем правилам, которые прописаны на бумаге. Нужно, чтобы министры не возили своих собак на частных самолетах, нужно, чтобы президент не делал своего зятя самым молодым миллиардером страны, как это произошло с Путиным и [мужем Катерины Тихоновой, членом совета директоров «Сибура»] Кириллом Шамаловым. Нужно, чтобы был введен закон о борьбе с незаконным обогащением, и реально, если ловят чувака, у которого зарплата — 20 тысяч рублей, а у него дом в Испании, против него возбуждалось уголовное дело. Тогда все заработает. Потому что сейчас мы никогда не сможем убедить гаишника не брать 500 рублей, ведь он знает точно, что жена губернатора ездит на лексусе, купленном за пять миллионов. Вот и все.

— Еще вы предлагаете повысить минимальную зарплату до 25 тысяч рублей в месяц, минимальные пенсии сделать и того выше. Это отдает популизмом — откуда деньги-то?

— Это совсем не популизм. Популизм — это наоборот: повторять какие-то вещи из ранних 1990-х, когда наши экономисты говорили, что все слабые должны умереть, и тогда сильные приведут нас в прекрасную Россию будущего. Это ерунда. Посмотрите, опять же, на американские выборы. Главной темой обсуждения был minimum wage (минимальный размер оплаты труда). На дебатах демократов только он и обсуждался.

— Обсуждался-то обсуждался, но теперь-то понятно, что не будет никаких 15 долларов в час по всей стране.

— По всей стране не будет, а в штате Нью-Йорк будет с 2018 года. В других штатах — 12, 13 долларов в час; так или иначе, везде это законодательно установлено (размер минимальной оплаты труда в любом американском штате составляет максимум 10 долларов — прим. «Медузы»). Россия нуждается в этом. Мы не можем платить человеку, который работает восемь часов в день, меньше 25 тысяч рублей.

— Я вообще за. А деньги-то откуда?

— Денег достаточно. И сейчас многие бюджетники получают больше 25 тысяч [на человека]. Мы говорим о том, что нужно прекратить насаждать нищету. Мы говорим о том, что не может Алишер Усманов покупать себе яхту за 600 миллионов евро, если шахтеру он платит 18 тысяч рублей за работу под землей.
https://meduza.io/feature/2016...
Поддержать ФБК
Подпишись на рассылку
чтобы получать короткий обзор лучших постов недели
Уведомления